Свежая пластинка русской сёрф-группы из Санкт-Петербурга, по-прежнему исправно поставляющей жанровым ценителям новые работы.
Предыдущий альбом трио, " Mondo Harp" вышел в минувшем году, ставшем поворотным для басистки Светланы Нагаевой, порадовавшей сразу двумя сайд-проектами: в составе петербургского дуэта The Bleak Engineers Светлана выпустила лонгплей "New Frontiers", в рамках Zombierella's Tentative Reels - EP "Suicide Commando". Оба диска вышли на французском лейбле Six Tonnes De Chair Records
Теперь же настал черёд нового альбома Messer Chups. Пока каталог группы переиздают энтузиасты из Trash Wax, подряд Олега Фомченкова, Светланы Нагаевой и Евгения Ломакина даёт всё новые и новые записи - казалось бы, после на редкость удачного эксперимента с приглашёнными сейшнменами на "Mondo Harp" и ретроспективной компиляции "Spook-o-Rama", изданной американским MuSick Recordings, трио могло позволить себе и более продолжительную студийную паузу, однако сами музыканты решили иначе.
"Don't Say Cheese" - альбом со всеми достоинствами и изъянами, свойственными прежним лонгплеям Messer Chups. Привычный набор ностальгических инструментальных номеров и рок-н-ролльных экскурсов, в который раз отсылающих к славным сборникам трэш-н-ролла а-ля "Halloween Nuggets", "Monster Bop" и "Monster Rock'N'Roll", оригинальные вещи с неуловимо знакомыми мотивами на "Don't Say Cheese" дополняются нетлёнками, своевременно одолженными у коллег по цеху. Неизменным остаётся и отчётливое понимание того, что на современной жанровой сцене у Messer Chups почти не осталось достойных конкурентов - в траченном молью и ветрами времён стане сегодняшних сёрферов сложно найти другую подобную группу со столь узнаваемым, но при этом эклектичным и всеобъемлющим звучанием.
Единственный альбом американского квартета из Айовы, изданный лейблом Teenbeat.
Los Marauders появились после распада известной на локальном уровне формации The Incredible Day-Glow Bomber Boys. Участники группы - басист Fire Balls, барабанщик Edward T. Action и вокалист Nobody, доукомплектовав состав гитаристом Johnny Aztec, организовали новую команду, отвратительнее либо прекраснее которой - в зависимости от предпочтений слушателя - пожалуй, не знавала прежде не только ревивалистская сцена восьмидесятых и девяностых, но и первая генерация рок-н-ролла.
Псевдонимы участников вкупе с названием уже звучали под стать не то доморощенной федерации рестлинга или луча либре, не то уличной банде, подобающими были и песни Los Marauders. Полностью проигнорировав наработки второй волны рокабилли восьмидесятых, когда с подачи Stray Cats жанр пустил корни в Старом Свете, Los Marauders обратились к корням. В качестве их предшественников на этом поприще уместнее выглядят не британские новоделы, задавшие тренд на гладкое и прилизанное звучание и даже не бенецифиары общеевропейской психобилли-атаки с The Meteors во главе - хотя панковское прошлое фронтмена Nobody, прежде числившегося в малоизвестной хардкор-клике Human Error давало почву для таких сравнений - но соотечественники из The Cramps и The Raunch Hands. а также более плодовитые погодки из The A-Bones.
В своём стремлении возродить аутентичный саунд пятидесятых Los Marauders и вовсе стали выглядеть как реликт из прошлого, однако, на американской независимой сцене девяностых им всё же можно было подобрать и других достойных единомышленников, пусть и в смежных стилях. Для рокабилли Los Marauders стали тем, чем для гаражного рока в начале декады были адепты бюджетного рока из The Mummies, а для очередной волны сёрфа - бестии из The Trashwomen, неслучайно в концертном видео Los Marauders фигурировала пластинка первых, а все три группы на разных этапах их пути издавал лейбл Estrus Records.
Подпитываясь с одной стороны ритм-н-блюзовой традицией от Ike Turner's Orchestra и The Isley Brothers до The Five Du-Tones и The Ideals, с другой - рокабилли-первертами от самого Хейза Элкинса и Ральфа Нильсена до менее известных экземпляров со сборников "Nasty Rockabilly" и "Greasy Rock'n'Roll", Los Marauders на вышедшей в 1994 году пластинке "Every Song We Fuckin' Know" вернули к жизни рок-н-ролл во всём его первородном великолепии.
Под обложкой лонгплея Los Marauders в традициях Тома Уэйтса уместилось сразу двадцать две песни, каждая из которых - эталон музыкального уродства из палаты мер и весов. К Уэйтсу же - впрочем, отчасти и к Вопящему Джею Хокинсу - отсылал как голос вокалиста Джеффа Неринга, так и его внешность, если сопоставить образ из клипа "Goin' Out West" и выступление Los Marauders на местном телевидении, к счастью, не единственное свидетельство их концертного амплуа. Ставшие же неотъемлемой частью звучания группы экстатические крики, истошные вопли и хриплый кашель идеально дополнили общую девиантную картину.
Завершил небогатую дискографию группы, к слову, ещё один перфоманс. С лёгкой руки составителя запись получила название "Live From Anamosa Womens Prison". Пластинка, не имевшая никакого отношения к гипотетически возможному концерту в женской тюрьме стала идеальным завершающим штрихом к портрету группы, игравшей зубодробительное рокабилли, каким оно не могло привидеться и в страшном сне большинству ревивалистов - образ головорезов оказался настолько убедительным и живучим, что потенциальные слушатели приняли бы за чистую монету и менее правдоподобную мистификацию.
Характерно, что на пепелище Los Marauders довольно быстро появилась новая смена: распрощавшись с гитаристом Johnny Aztec и контрабасистом (на этой должности, если верить официальному треклисту, вообще успели сменить друг друга несколько сейшнменов), братья Джефф и Эд Неринги - горлопан Nobody и ударник Edward T. Action соответственно - сколотили другой состав, команду The Rough Housers, де-факто вернувшись к концертной деятельности, на которой когда-то поднялись и The Incredible Day-Glow Bomber Boys. Что до Los Marauders, то они были просто обречены на запоздалое признание в узких кругах ценителей аудиоперверсий, о котором лишний раз напомнила недавняя смерть Джеффа Неринга.
Сборник американского рок-н-ролльного музыканта, ещё одна отменная пластинка в копилке английского Jasmine Records.
Пианист-самоучка Эскью Ридер-младший, чьё имя стало своеобразной аббревиатурой. расшифровывающейся как Стивен Куинси, подобно большинству афро-американских пионеров рок-н-ролла начинал в госпел-группе. Ридеру не удалось стяжать лавров своего именитого двойника Литтл Ричарда, однако для подлинных ценителей рок-н-ролла весомость вклада в жанр этого оригинала, чей имидж традиционно ассоциируется с высокими париками и солнцезащитными очками, не подлежит оспариванию.
Случай свёл Ридера с рокабилли-сейшнменом Полом Пиком, участником культовых ныне The Blue Caps Джина Винсента, начавшим сольную карьеру. Добившись не без протекции всё того же Пика, с которым Ридеру довелось сотрудничать и в студии на записи песен "The Rock-A-Round" и "Sweet Skinny Jenny", подписания контракта с мейджором Capitol Records, Стивен, взявший псевдоним Эскерита, выпустил одноимённый дебют и россыпь синглов, довольно-таки неожиданно украсивших каталог Capitol. Лейбл, работавший с немалым количеством рокабилли-грандов от пресловутого Винсента, Роуз Мэддокс и Ванды Джексон до менее известных артистов вроде Джонни Фаллина, решился на издание записей, в которых ритм-н-блюзовая основа органично дополнялась рок-н-ролльной составляющей, а главное, харизмой молодого артиста. И спустя годы, когда рано ушедшего Ридера, примерившего незадолго до смерти новые амплуа парковщика и мойщика окон, подняли на щит лейблы ретрограды, будь то американский Norton Records, немецкий Bear Family Records и, конечно, британский Jasmine Records, становится очевидной удача прижизненных изданий, в которых совпали два фактора - гиганта индустрии, пошедшего на риск и самородка, вытянувшего счастливый билет - именно этот период карьеры Стивена, не омрачённый последующими злоключениями, и лёг в основу компиляции "Wildcat Shakeout Revisited: Full Tilt Rock And Roll 1958-1962", объединившей в своём треклисте песни с упомянутого дебюта на Capitol Records, номера с раннего сборника "Wildcat Shakeout", совместные вещи с Полом Пиком и композиции, вышедшие под собственным именем Ридера.
Избранное американского рокабилли-исполнителя, вышедшее на английском лейбле Jasmine Records.
Основанный в начале восьмидесятых Jasmine Records запомнился приличными виниловыми и кассетными изданиями в широком спектре стилей - в первую очередь это были джазовые альбомы Джона Колтрейна, Чарльза Мингуса, Каунта Бейси, Кита Джарретта и множества их коллег по цеху, а также тематические компиляции "Americans In Europe", запечатлевшие рост интереса к жанру. пришедшему из Нового Света, возникший не в последнюю очередь благодаря европейским турне. Другим направлением деятельности лейбла стали записи в жанре кантри и вестерна. Наконец, к третьей ветви, особенно характерной для последней декады, стоит отнести релизы, систематизирующие наследие американской популярной музыки пятидесятых и шестидесятых годов.
К этим последним и относится сборник лучших вещей Троя Шонделла, легко совмещавшего в своём каталоге рокабилли. рок-н-ролл и эстраду - в этой пластичности американец вполне соответствовал таким современникам, как Бренда Ли, Джерри Ли Льюис, Дейл Хоукинс или Джин Питни. Наряду с россыпью отличнейших синглов, Шонделл, под псевдонимом которого выступал Гэри Шелтон, успел выпустить несколько полноформатных альбомов, увидевших свет в первую половину шестидесятых, и всё же не обрёл известности более именитых соперников. Выпуск сборников при таком незавидном положении дел стал данью памяти, и компиляции Шонделла в разное время издавали лейблы Dunhill Records, Bear Family Records и Acrobat. Таким образом, британский Jasmine Records удачно продолжил линию, заданную коллегами по обе стороны Атлантики.
Второй студийный альбом испанского квартета, изданный лейблами Sleazy Records и Kathrina Records.
Дебют барселонской формации выходил на немецком лейбле Rhythm Bomb Records, специализирующемся на рокабилли и рок-н-ролле, что послужило лучшей рекомендацией для ценителей этих жанров: Rhythm Bomb Records по праву признан одним из лучших в своей нише. Но и The Kabooms были далеки от статуса зелёных юнцов: ключевыми участниками группы стали люди, замеченные в других видных составов локальной сцены - Matt & The Peabody Ducks и Legacaster.
Тандем вокалиста и ритм-гитариста Мэтта Оливеры и гитариста Эла Леги, зарекомендовавший себя и в вышеназванных командах, стал и главным фактором успеха The Kabooms: обоюдный интерес этих двоих к саунду пятидесятых и ранних шестидесятых дал весьма недурственный результат на дебюте, но на втором лонгплее испанцы переплюнули самих себя.
Через перетряхивания состава, смену лейбла и косметические изменения в звучании The Kabooms и пришли к релизу "Right Track, Wrong Way". Если Sleazy Records вполне соответствует их прошлой гавани по статусу и кредиту доверия, то название Kathrina Records не столь известно: лейбл из Барселоны не может похвастать не обширным каталогом, ни большой клиентурой, однако для Оливеры и Леги, уже имеющих опыт работы с Kathrina Records в рамках побочных проектов, этот выбор стал принципиальным, о чём можно сделать вывод из интервью первого порталу The Rockabilly Chronicle.
Разбавив привычное меню рокабилли и рок-н-ролла порцией свинга - кажется, именно по такому рецепту украинцы из The Wise Guyz записывали свою последнюю пластинку "Midnight Cruise" - The Kabooms пришли к идеальному соотношению стилей и одной из лучших работ, записанных подрядом Мэтта и Эла.
Новый альбом новозеландской кантри-дивы, выходящий спустя шесть лет после замечательной пластинки "Dynamite!".
В разговоре о Тэми Нильсон невозможно обойтись без отступления, проливающего свет на путаницу в её дискографии. Эмигрировавшая в Новую Зеландию из Канады Нильсон уже выпускала студийные альбомы, однако слишком разительным было отличие её ранних работ от лонгплея "Dynamite!", записанного в сотрудничестве с двумя видными представителями Киви-музыки - Дилани Дэвидсоном и Марлоном Вильямсом. Синергия троих дала довольно необычный релиз, по-настоящему открывший новое имя - при том не только для жанровых ценителей.
На примере Тэми Нильсон особенно наглядна разница между умелой стилизацией и более честным переосмыслением - достаточно сравнить её первые опыты с подлинным дебютом "Dynamite!" и последующими альбомами. Богатый вокальный диапазон и исключительное чувство вкуса позволяют Нильсон лавировать между стилями и ярлыками - её сравнивают с такими разными исполнительницами, как культовая Пэтси Кляйн, королева рокабилли Ванда Джексон и её не менее известная товарка Бренда Ли, кантри-певица Роуз Мэддокс, наконец, блюзовые легенды Вилли Мэй Торнтон и Дина Вошингтон. И столь пёстрая выборка имён необычна в первую очередь сочетанием как в вокале, так и музыкальной подложке песен Тэми Нильсон кантри и рокабилли с одной стороны, и ритм-н-блюза, госпела и соула - с другой: это дало удивительно эклектичную и при том авторскую смесь.
Если последовавший за "Dynamite!" альбом "Don't Be Afraid" был записан всё с теми же Дэвидсоном и Вильямсом, то третью по счёту работу с перезапустившего её карьеру своеобразного дебюта, "Sassafrass!", Нильсон записывала уже без них. "Sassafrass!" стал самой "чёрной" пластинкой Тэми: ритм-н-блюзовые "Stay Outta My Business", "Diamond Ring" и "A Woman's Pain" задавали общий тон, впрочем, с изяществом иного иллюзиониста Нильсон всё же удавалось держать баланс жанров.
Вышедший на прошлой неделе "Chickaboom!" стал неожиданным возвращением к корням - спродюссированный совместно со старым знакомым герром Дэвидсоном альбом звучит на удивление традиционно для певицы, увязавшей когда-то воедино лучшие элементы белой и чёрной музыки - и да, новинка безусловно проигрывает уже классической тройке прошлых релизов. Но таков уж уровень дарования Тэми, что альбом, ставший самой слабой работой с момента выпуска пресловутого "Dynamite!", украсил бы дискографию любой другой исполнительницы, подвизавшейся на ниве кантри-возрождения.
Особняком в треклисте "Chickaboom!" стоят, пожалуй, лишь зажигательная "Sister Mavis" - не иначе, трибьют блистательной Мэвис Степлс, и модерновая "You Were Mine", примирившая корневой рок-н-ролл с едва ли не стадионным вокалом. Общим же руслом "Chickaboom!" стала эстрадная музыка старой закваски, традиционно дополняемая кантри, американой и рокабилли. Как когда-то на "Dynamite!", на новом релизе наличествуют отличные дуэты - записанные вместе с Джеем Нильсоном "Any Fool With A Heart" и "Hey, Bus Driver!" вполне держат планку, заданную шесть лет назад "Running To You", на которой Тэми ассистировал Дилани Дэвидсон. Если же говорить об ориентирах самой Нильсон, то они практически не поменялись за прошедшие годы, вот только в вышеупомянутом списке великих предшественниц на первый план выступили Пэтси Кляйн и Пегги Ли.
Дебютный альбом супергруппы из Лондона, сблизившей музыкантов из слабо связанных между собой вселенных корневого рок-н-ролла и гаражного рока.
Квартет The Voo-Dooms, записавший один из интереснейших релизов прошлого года, был организован с подачи предприимчивого Мика Кокседжа, известного по участию в таких отличных проектах, как The Untamed, The Cordwood Draggers и Dead Bone Ramblers. Рекрутировав сперва Дэйва Принса, коллегу по The Untamed, Мик привлёк и ещё двух видных сейшнменов: Кева Смита из Thee Vicars и The Baron Four и Брюса Брэнда, отыгравшего с большей частью команд мидвейской гаражной сцены. Забавно, что в сформировавшейся супергруппе Брэнд, в статусе штатного барабанщика игравший в уйме составов, сменил ударную установку на бас-гитару.
Если в тематическом плане The Voo-Dooms начали разрабатывать жилу загробных тайн и потусторонних сил, походя выдавая песни, достойные лучших хэллоуинских сборников и составляя серьёзную конкуренцию современникам от Thee Gravemen до Isaac Rother & The Phantoms, то в музыкальном отношении квартет скрещивает наработки сразу двух полярных декад - пятидесятых и шестидесятых, получая аудиобастарда из взаимодействия гаражного рока, рокабилли и рок-н-ролла.
Перекликающийся с ранними The A-Bones, The Montesas и сольными работами Марселя Бонтемпи, "Destination Doomsville" можно сравнить с не самым комфортным, но ярким и запоминающимся вояжем по малоисследованным областям поп-музыки, массовому слушателю известным в лучшем случае по скромной дискографии Screaming Lord Sutch & The Savages.
Первый полноформатный релиз британского трио, возникшего на локальной рокабилли-сцене благодаря Джону О'Мэйли, единственному бессменному участнику The Nitros.
Занятно, что в первоначальном составе The Nitros О'Мэйли был последним из пополнивших группу сейшнменов, откликнувшимся на предложение, размещённое в музыкальном еженедельнике Melody Maker. Позже, по схожей игре случая, О'Мэйли сместил вокалиста Гэри Падни, когда тот не смог прийти на репетицию.
Уже в формате трио The Nitros записывают дебютный лонгплей "Nightshades". О'Мэйли, ставший полноценным фронтменом группы смог сформировать любопытное и интересное звучание, в котором было заметно влияние раннего сайкобилли, джаза времён свингового бума и ритм-н-блюза.
The Nitros в их первой инкарнации стали эдакой золотой серединой между тяготеющими к сайкобилли коллегами в лице The Sharks и Frantic Flintstones и более компромиссными командами, такими как The Polecats, Restless и The Blue Cats - даром, что по признанию О'Мэйли, именно две последних группы были их главными ориентирами.
Что до вездесущего Чака Харви, фронтмена Frantic Flintstones, то именно ему музыканты обязаны изданию "Nightshades" лейблом Link Records, известном по солидной панк-фонотеке. По условиям договора рекрутирующий всё новых и новых артистов в авторскую серию, Харви не мог не заметить молодых, но резвых конкурентов. Способностей троицы хватило на то, чтобы избежать порочной практики повсеместных кавер-версий, и состоящий из восьми оригинальных песен мини-альбом "Nightshades" сразу стал классикой нео-рокабилли.
Дебютная пластинка британской группы из Лондона, собранной далеко не новичками на локальной сцене.
Жанровые знатоки без заминки опознали в новой группе очередной проект неугомонного Дэнни Доукинса, прежде известного по примечательной команде The Caezars и успевшему выпустить в начале десятых семёрку уже в рамках недолговечного проекта Danny "O" And The Peningtons. Таким образом, новоявленные дебютанты стали несколько запоздалой реинкарнацией предшествующего проекта Доукинса.
Очевидно перекликаясь с аутентичным саундом первых страниц жанра, Danny "O" & The Astrotones уже благодаря одному происхождению наследуют более поздней генерации рокабилли-групп, как грибы после дождя заполонивших британскую сцену восьмидесятых. И хотя по оригинальности новая группа Доукинса очевидно уступает питомцам Nervous Records и менее удачливым их современникам, у этих парней тоже есть чем похвастать перед коллегами и расположить к себе пресыщенную европейским рокабилли-бумом публику.
Причиной ли тому недюжинные навыки самого Хоукинса, уже добрый десяток лет пробивающего себе путь в первые ряды рокабилли-ренессанса, слаженная ли работа отобранных им сейшнменов или дух места - а Туманному Альбиону случалось давать достойный ответ своим бывшим колониям на их поле, будь то сайкобилы The Meteors, соревновавшиеся с культовыми американцами The Cramps или целая плеяда билли-банд от The Sharks до The Polecats, однако их последователям сообща удалось записать один из лучших альбомов года, оставляющий позади потенциальных соперников как за узкой кромкой Ла-Манша, так и по другую сторону Атлантики.
Единственный лонгплей группы из восьми человек, на излёте нулевых объединивших усилия для записи пластинки, сочетающей всё великолепие музыкальных жанров пятидесятых.
В состав The Del Moroccos вошли участники целого ряда отменных формаций - The Mighty Blue Kings, The Four Charms, Deals Gone Bad, Cave Catt Sammy, Kevin O'Donnell's Quality 6 и Deke Dickerson And The Ecco-Fonics. Укомплектовав состав тремя фронтвумен и заручившись поддержкой продюссера Джимми Саттона, известного в первую очередь по работе с Джонатаном Дэвидом МакФерсоном и студийного аса Алекса Холла, The Del Moroccos записали один из лучших релизов уходящей декады.
Вышедшая под ярлыком Hi-Style Records, в следующем десятилетии отметившимся работами всё того же МакФерсона, пластинка "Blue Black Hair" затейливо совместила лоск пятидесятых и здоровую тягу к менее рафинированному саунду, эстрадный мелодизм и рок-н-ролльный драйв, крепко сбитые оригинальные песни и свежий взгляд на пыльную классику.
Большую часть треклиста музыканты, не мудрствуя лукаво, позаимствовали из эпохи, вдохновившей их на запись нового материала, но к чести The Del Moroccos, их прочтение классики удовлетворит и жанровых ценителей, и менее искушенную аудиторию: версии нетлёнок "Don't Break My Heart", "Action Packed", "Skinny Minnie", "El Tren De La Costa", этого испаноязычного аналога "The Train Kept-A-Rollin'", равно как и заглавная "Blue Black Hair" вышли немногим хуже оригинальных номеров.
На стыке несомненного влияния девичьих вокальных групп шестидесятых и женского рокабилли, нарождающегося гаражного рока, замешанного, в свою очередь, на ритм-н-блюзе и рок-н-ролле предшествующего десятилетия, умельцы из The Del Moroccos записали добротный релиз, достойный пионеров полюбившихся им жанров и одновременно выделяющийся среди пластинок соратников по возрождению корневого саунда рок-н-ролла и рокабилли.
Совместный релиз американской певицы Рэйчел Фентон и группы финских сейшнменов The Hogs Of Rhythm.
Фентон начинала в составе дуэта The Casey Sisters, с сестрой Каролайн и при поддержке свежесобранной команды The Salt Flat Stompers она успела записать два отменных лонгплея, на которых старомодное кантри удачно сочеталось с ритмами рокабилли и рок-н-ролла. С расформированием группы сёстры начали работать над другими проектами: Кэролайн - с Caroline Casey & The Stringslingers, Рэйчел же за вторую половину нулевых последовательно выпустила три сольных релиза, о последнем из которых пойдёт речь ниже.
И вокальный тембр, и собственный музыкальный вкус дали пятифутовой Рэйчел возможность расширить стилевую палитру в сольном плавании, не стеснённом рамками и концепцией основного проекта, и Фентон немедленно воспользовалась этим шансом. От неплохого дебюта "Cause I Feel Good", недооценённого по ряду причин, Рэйчел перешла к принципиально иному подходу и в издании, и в записи новых песен.
К выпуску третьего альбома, пластинки "When A Blue Note Turns Red Hot", Фентон успела запомниться публике как феерическими выступлениями, так и неплохими коллаборациями. Усвоив урок, полученный после неудачи первого лонгплея, для двух последующих Рэйчел находила как зарекомендовавших себя сейшнменов, так и неплохие выпускающие лейблы, сменив родной Остин на Старый Свет, в котором корневая американская музыка вкупе с рок-н-роллом переживала очередной ренессанс.
Как и его предшественник, альбом "There's A New Miss Rhythm In Town", третий релиз был записан с новой командой - если до этого были испанцы The Lazy Jumpers, имеющие собственную неплохую дискографию, то теперь их сменили финны The Hogs Of Rhythm. Как и ранее, новая работа малышки Рэйчел выходила в свет на европейском лейбле - но испанский же El Toro Records, не нуждающийся в представлениях, сменила менее известная контора Goofin' Records.
Вот только результаты новой записи были совершенно иными: от необязательного и сумбурного предшественника, отразившего скорее концертный драйв Фентон и её группы, "When A Blue Note Turns Red Hot" выгодно отличался продуманностью во всём - от треклиста до стилевой составляющей, став самым удачным и, увы, на данный момент последним релизом американской певицы.
Ритм-н-блюз и джамп блюз, рокабилли и кантри, эстрадная поп-музыка пятидесятых и отголоски ду-ап - всё смешалось на этой отличнейшей пластинке, на которой как сама Рэйчел, так и её группа показали всё, на что способны. Исключительно удачное сочетание чёрной и белой музыки, вокал, заставляющий вспомнить имена Этты Джеймс и Вилли Мэй Торнтон и довершивший слияние жанров - по сути, Рэйчел проделала фокус, несколькими годами позже продемонстрированный Тэми Нильсон, но в более камерном формате и с более скромными результатами. Что не отменяет ни несомненную творческую удачу Рэйчел Фентон, ни её чутья на субжанровые и кроссжанровые тренды.
Коллаборация двух новозеландских энтузиастов, объединившая, казалось бы, параллельные вселенные нойз-рока и корневого рок-н-ролла.
До поры сотрудничеством с главным новозеландским инди-музыкантом могли похвастать его протеже Марлон Вильямс, кантри-дива Тэми Нильсон, Преподобный Бит-Мен и его нынешняя напарница Николь Изобель Гарсия, да, может быть, швейцарские аксакалы из The Dead Brothers. Тем разительнее отличие нового релиза, на котором Дэвидсон из мэтра-законодателя местных поветрий неожиданно сошёл в ученики.
Выбитое на обложке пластинки "One Hand Loose" посвящение рок-н-ролльщику Чарли Физерсу, равно как и название релиза по его песне, неслучайны: под ярлыком нойза вольготно чувствуют себя отголоски рокабилли и блюза в их самых перовородных, животных воплощениях. Под началом мастера шумовых импровизаций Брюса Расселла маэстро Дэвидсон, словно решив вспомнить молодые годы, сменил уже привычную гитару на ударные, а лирическое многословие - на экстатические вопли, более приличествующие самцу павиана в брачный период.
Перечень ассоциаций, возникающих при прослушивании альбома, велик как никогда: безвестные и увечные менестрели с компиляций "American Primitive" и архивов Алана Ломакса, апостол рокабилли каменного века Nervous Norvus, пустившийся в эксперименты с нойзом и ноу-вэйв Линк Рэй и его немецкий ученик Хэнк образца отличной пластинки "Countricide", прошедшие горнило виниловых вечеринок инструментальные рок-н-роллы со сборников "Strictly Instrumental" - и это лишь малая часть удобоваримых сравнений.
За скобки же остаётся вынести тот факт, что ставший внежанровым - а где найти определение его сольным работам? - артистом с собственным почерком и не нуждающихся в подробных описаниях историей и мифологией - достаточно послушать дилогию релизов от Voodoo Rhythm, Дэвидсон сохраняет завидную хватку и тягу к совместным работам независимо от того, по чьим правилам и лекалам будет записан очередной лонгплей.
Новый альбом группы Джима Хита, вышедший после четырёхлетнего студийного перерыва.
Reverend Horton Heat давно стали лицом современного рокабилли. Выбившись за рамки субкультурной известности, трио делит сцену с поп-группами, меняет лейблы, в числе которых мелькают и мейджор-конторы, такие, как гигант Interscope, наконец, снимает добротные клипы и промо - вещь не самую обязательную для команды, возрождающей аутентичный саунд рокабилли пятидесятых.
К чести Хита, надо признать, что при такой нешуточной популярности, он не поступается своими принципами. Reverend Horton Heat продолжают играть всё тот же занятный гибрид рокабилли, свинга, кантри и сёрф-рока, которым покорили публику ещё в начале карьеры. Бесспорно, при столь обширной дискографии новые работы трио теряют в качестве - обаяние первых релизов несравнимо с последующими, а ярлык "сайкобилли" для записей Хита и его парней стал своего рода атавизмом, доставшимся в наследство от предыдущих поколений - с лёгкой руки Люкса Интериора, концерт которого когда-то вдохновил Хита на запись собственной музыки.
На "Whole New Life" Reverend Horton Heat остаются верны собственным пристрастиям. Замешанное на лоске эпохи биг-бендов, отзвуках буги, сёрфовом ревёрбе и рок-н-ролльном драйве, это блюдо не успело заветриться за добрые тридцать лет и, пожалуй, надолго сохранит в себе пряные ароматы американской музыкальной кухни.
Своеобразное избранное американского трио из Северной Каролины, играющего достойную именного патента музыкальную смесь на стыке целого ряда жанров - от американы и рокабилли до ритм-н-блюза и сёрф-рока.
Они начинали в далёких восьмидесятых как последователи гаражных икон The Cramps, но подлинную известность приобрели в следующем десятилетии. Их композиции отражают быт жителей трейлерных парков и одноэтажной Америки, с их грубоватым юмором и неистребимым гедонизмом. Оседлав волну успеха, Southern Culture On The Skids уже к концу декады пережили невиданную популярность: их альбомы выходили на мейджор-лейбле, а песни попадали в саундтреки самых разных картин.
К этой-то славной поре и решили обратиться музыканты двадцать лет спустя: осенью этого года они выпустили альбом "Bootleggers Choice", в треклист которого вошли песни с пластинок "Dirt Track Date" и "Plastic Seat Sweat", изданных мейджором David Geffen Company. Вот только вместо стандартной компиляции SCOTS проявили поистине редкую широту души, записав шестнадцать новых версий всем известных боевиков, и лишь один номер - ставший визитной карточкой трио "Camel Walk" - попал на лонгпей в более привычном формате ремастера.
Сама идея выпуска свежих вариантов старых песен звучит сомнительно, однако на поверку "Bootleggers Choice" демонстрирует не только и не нуждающуюся в лишних доказательствах мощь их каталога, но и завидный для столь возрастной формации драйв. Иные версии способны потеснить оригиналы, а удали и куража этой троицы хватит на добрый десяток молодых групп. Неизвестно, в чём секрет завидной творческой живучести Рика Миллера и его коллег, однако пока появляются подобные релизы, за будущее американского корневого рок-н-ролла можно не волноваться.
Коллаборация участников The Corals, The Johnson Family и The Space Cadets, вылившаяся в полновесный альбом.
По меркам жанра трио The Nut Jumpers вполне соответствуют определению "супергруппа": все музыканты долго варятся в котле европейской независимой музыки, каждый имеет в активе не менее четырёх формаций, предшествующих появлению новой.
Собственно, послужные списки участников и определяют место и специфику группы в их дискографиях. "Boogie In The Shack" - классический альбом-эксперимент, когда видавшие виды люди получают удовольствие от совместного джема, а неочевидное достоинство получившегося лонгплея стоит измерять не в количестве удачных синглов, а в той лёгкости и слаженности, которая заметна в песнях.
Вокал Jake Calypso живо напоминает другого многостаночника, британца Sir Bald Diddley, и, положа руку на сердце, если бы не Helen Shadow, выступающая в ряде вещей в качестве вокалистки, The Nut Jumpers можно было бы принять за очередной его проект. Между тем именно синергией участников ценен новый состав: рок-н-ролл и рокабилли в саунде разбавлены толикой ритм-н-блюза, инструментальный сёрф сменяет swamp pop, кантри соседствует с госпелом, а настоящим украшением пластинки стали номера, на которых солирует Хелен, когда-то сотрудничавшая с самим Найджелом Льюисом.
Выпущенная лейблом Part Records пластинка группы, взявшей на вооружение первородное рокабилли с логичным креном в сторону смежных ритм-н-блюза и рок-н-ролла.
Ещё в начале нулевых The Booze Bombs стали органичной частью целого ответвления немецкой сцены, специализирующегося на корневом рок-н-ролле. Спустя почти два десятка лет и уйму выпущенных альбомов эти четверо могут почивать на лаврах, однако они продолжают записывать отличные песни.
"Crazy Love" не открывает новых горизонтов: это знакомый по предыдущим пластинкам группы сплав трёх упомянутых жанров, эдаких китов, на которых держалась американская музыка пятидесятых. The Booze Bombs примечательны сочетанием заводных ритмов рокабилли с характерным вокалом Энни Леопардо, отсылающим к славной традиции женского блюза. Прямолинейное, но резонное сравнение с записями Colbert Hamilton & The Nitros слишком поверхностно: голос Леопардо пластичнее и богаче, да и взаимовлияние чёрной и белой музыки на пластинках квартета несколько иное по своей природе. Неслучайно в треклист "Crazy Love" закрались версии "They Call Me Big Mama" Вилли Мэй Торнтон и бессмертной "In The Pines", единственной вещи на альбоме, где солирует гитарист Lucky Steve.
"Crazy Love" удивляет разнообразием, казалось бы, порядком подпорченной временем формы: рок-н-ролл по лекалам Big Mama Thornton соседствует с медитативной "You'll Loose A Good Thing", звучащей как неизданная песня LaVern Baker, а череду вокальных номеров разбавляет инструментальная "Beer Truck", и в этом-то пёстром наборе, думается, и сокрыт секрет успеха немецкого квартета.
Дебют немецкого квинтета, возрождающего ритм-н-блюз в его старомодном воплощении.
Долгожданный лонгплей стал итогом трёх лет - достаточного срока, чтобы эти пятеро стали открытием не только для меломанов, но и для музыкальных лейблов - изданием релиза занялись люди из не нуждающегося в представлении Rhythm Bomb Records. Фронтмен Cat Lee King параллельно участвовал в записи пластинок Grits'N Gravy, дуэта с Mighty Mike из The Juke Joint Pimps, само сотрудничество с которым можно считать лучшей протекцией.
Под легкомысленной обложкой "Cock-Tales" скрываются четырнадцать потенциальных боевиков, отправляющих слушателя прямиком в славные пятидесятые. Записанные в лучших традициях означенной декады - в "живом" исполнении, с использованием винтажных инструментов и аппаратуры за пару дней, эти песни содержат всё лучшее, за что стоит любить ритм-н-блюз. Голос Cat Lee King, как, впрочем, и его компаньонов, всегда готовых занять место у микрофонной стойки, вызывает ассоциации с пионерами Howlin' Wolf и Wynonie Harris, гитара молодого Томми Крула - с грандами T-Bone Walker, Johnny Guitar Watson и B.B. King. Сам треклист "Cock-Tales" можно сравнить с неспешным и приятным приключением по истории корневого блюза, засверкавшего здесь всеми оттенками, подобно забытому, но найденному сокровищу. Наряду с собственными вещами музыканты активно используют наследие жанра в диапазоне от известных стандартов солидной выдержки до более свежих номеров, таких, как "I Want To Love Somebody" из репертуара Nick Curran And The Nitelifes - лучший трибьют ныне покойному блюзмену. Дерзкий, стильный, заводной - этот альбом по праву займёт своё место в ряду лучших пластинок уходящего года.
Альбом украинской группы, одной из самых заметных формаций рокабилли-возрождения на европейской сцене.
Отметившие в этом году своё совершеннолетие, The Wise Guyz примечательны не только принадлежностью к яркой местной билли-тусовке, в своё время заявившей о себе и полноценными релизами будущих звёзд, и представительными компиляциями. За минувшие годы парни заслужили репутацию отличной "живой" группы, а в студийном статусе стали одним из ценнейших приобретений испанского лейбла El Toro Records, собравшего под свои знамёна немалую часть рок-н-ролльной гвардии со всего света.
Новый лонгплей The Wise Guyz выходит на всё том же El Toro Records, а точнее, его виниловом сублейбле Bullseye, на котором были изданы релизы The Real Gone Tones и The Doel Brothers, компиляции Pat Cupp & The Flying Saucers и Руди Грина. В этой-то тёплой компании и оказался "Midnight Cruise".
The Wise Guyz и раньше отличало особое чувство вкуса, позволяющее участникам сочетать на своих пластинках драйв рок-н-ролла и рокабилли с кантри и свингом. Не подвело оно их и на сей раз. "Midnight Cruise" - это лучший образчик современного рокабилли, который удовлетворит и гурмана, пресыщенного иными проходными работами, и неофита, растерявшегося перед ломящимся от музыкальных яств столом.
Очередная компиляция группы Алана Уилсона, с равным успехом играющей сайкобилли старой школы и порядком обновлённое рокабилли. Богатое наследие The Sharks позволяет Уилсону выпускать подобные релизы, изредка, впрочем, радуя фанатов и студийными альбомами. Да и сам Алан остаётся в строю - так, в этом году он выпустил EP "A Picture Of Joe". Но превзойти себя прежнего и классические работы в рамках The Sharks Уилсону едва ли удастся.
По сути, The Sharks стояли в авангарде британской билли-сцены, в записях которой трудно было отделить саунд пятидесятых от новых веяний. Многие группы этой генерации нашли своё пристанище на симпатичном лейбле Nervous Records, ставшем, в свою очередь, главным рупором этой волны. Не стали исключением и The Sharks, выпустившие в далеком 1983-м замечательный дебют "Phantom Rockers". Добиться такого удачного сочетания старомодного мелодизма и нешуточного драйва позже удавалось лишь ранним Frantic Flintstones и голландцам Batmobile, если же говорить о более молодом поколении, то на ум придёт лишь немецкое трио The Rusty Robots.
Отдельные вещи, попавшие в треклист, уже мелькали на других сборниках: версии "Schizoid Man" и "Dealer" были включены в представительную "Ultimate Collection", иные же появлялись на ещё более внушительном издании "The Best Of" 2003-го года. А всё же пенять на чрезмерную предприимчивость группе, каждым релизом - будь то компиляция или студийный альбом - напоминающей о недосягаемости своего уровня для современной сцены едва ли уместно.
Новый альбом, третий в череде интересных киви-релизов этого года, выпустила новозеландская дива Тэми Нильсон.
О том, что в лице этой чудо-женщины меломаны получили эссенцию чёрной и белой музыки середины прошлого века, сказано немало. О том, что выстрелив четыре года назад отличнейшим альбомом "Dynamite!", Тэми перезапустила свою карьеру, вмиг обесценив всё вышедшее ранее, также было много толков и пересудов. Наконец, о том, что "Dynamite!" был записан при активном содействии маэстро Дилани Дэвидсона и его юного протеже Марлона Вильямса, а вся троица не перестаёт радовать слушателей - в новом году все трое выпустили пластинки одна краше другой - не упомянул только ленивый критик.
Между тем Тэми спустя годы продолжает препарировать наследие американской эстрады пятидесятых, рокабилли и рок-н-ролла с одной стороны, ритм-н-блюза, госпела и соула - с другой. Если искать удобоваримую ассоциацию альбому "Sassafrass!", то достаточно представить дружескую партию в бридж с тремя постоянными участницами - Пэтси Клайн, Эттой Джеймс и Мэвис Степлс. Изредка на огонёк заходят Роуз Мэддокс, Вилли Мэй Торнтон, Ванда Джексон и Нина Симон. Вся эта тёплая дамская компания, к слову, вообще отражает настрой альбома: в пору набивших оскомину манифестов и инфоповодов новозеландская исполнительница выпустила альбом равноценный и с музыкальной точки зрения, и с позиции веского слова сильной женщины. Альбом начинается с прекрасного ритм-н-блюза "Stay Outta My Business", чей текст впору начертать на скрижалях современных суфражисток, а заканчивается посвящением мужу - песней с лаконичным названием "Good Man". И в этой-то гармонии, не ограниченной одной лирикой, и заключена сила альбома.
При сравнении с предыдущими релизами наглядно прослеживается эволюция - элементы госпела и ритм-н-блюза, подчас неразличимого с соулом, всё явственнее и глубже проникают в её песни, особенно очевидной эта линия становится при сравнении с дебютной пластинкой "Dynamite!". Однако не стоит недооценивать свойственное, кажется, одной только Тэми чувство стиля и меры, с которым она сочетает прежде трудносочетаемые стили и срезы. На обаятельней вещице "Bananas" она как будто ступает на территорию C.W. Stoneking, "A Woman's Pain" берёт всё лучшее у чёрного блюза, показывая редкую преемственность с традицией женского блюза, наиболее известного по записям Дины Вошингтон и Нины Симон, в то время как озорная "Kitty Cat" напоминает разом и спродюссированный Джеком Уайтом альбом Ванды Джексон и записи юной Бренды Ли. "Diamond Ring" наследует отменной "Walk (Back to Your Arms)", а баллада "Manitoba Sunrise at Motel 6" отсылает к жемчужинам эстрады былых времён.
В случае Тэми Нельсон голос становится уникальным инструментом, связавшим декады и стили, прошлое и современность. Тремя альбомами эта женщина убедительно доказала, что традиционная музыка по-прежнему жива и способна взаимодействовать в произвольных сочетаниях с другими стилями. И - благодаря ли дистанции, отделяющей её от пресловутой эпохи, или - в большей мере - собственному мастерству, Тэми Нильсон, взяв с миру по нитке, нашла свой почерк и узнаваемый образ, с которым сложно тягаться товаркам, в большинстве своём лишь спекулирующим на ностальгии по прошлому. Главное же достоинство новозеландской исполнительницы - в нечастой в наши дни избирательности, позволяющей Тэми записывать исключительно сильный материал, чья оценка не зависит от модных веяний или броского имиджа.
